| Назад | Главная | Религия и Искусство | Поэзия

Был вечер, в одежде, измятой ветрами,

Пустынной тропою шел Бэда слепой;

На мальчика от опирался рукой,

По камням ступая босыми ногами, -

И было все глухо и дико кругом,

Одни только сосны росли вековые,

Одни только скалы торчали седы,

Косматым и влажным одетые мхом.

Но мальчик устал; ягод свежих отведать,

Иль просто слепца он хотел обмануть:

"Старик! - он сказал, - я пойду отдохнуть;

А ты, если хочешь, начни проповедать:

С вершин увидали тебя пастухи…

Какие-то старцы стоят на дороге…

Вон, жены с детьми! говори им о Боге,

О Сыне, распятом за наши грехи".

И старца лицо просияло мгновенно;

Как ключ, пробивающий каменный слой

Из уст его бледных живою волной

Высокая речь потекла вдохновенно -

Без веры таких не бывает речей!..

Казалось - слепцу в славе небо являлось;

Дрожащая к небу рука поднималась,

И слезы текли из потухших очей.

Но вот уж сгорела заря золотая

И месяца бледный луч в горы проник.

В ущелье повеяла сырость ночная,

И вот, проповедуя, слышит старик -

Зовет его мальчик, смеясь и толкая:

"Довольно!.. пойдем!.. никого уже нет!"

Замолк грустно старец, главой поникая.

Но только замолк он - от края до края:

"Аминь!" - ему грянули камни в ответ.